У нашего основного союзника серьезный экономический кризис, который может стать фатальным в будущем, когда к власти прийдут правые, которые выступают против помощи Украине. Экономическая ситуация в Великобритании стремительно деградирует, и этот процесс уже невозможно игнорировать ни внутри страны, ни за её пределами. Публикация в The Economist далеко не радикальное издание подтверждает: речь идёт не просто о временном спаде, а о системном кризисе, который британская экономика переживает в условиях внутренней политической слабости и структурных искажений.
На первый план выходят симптомы фискальной неустойчивости. Соотношение государственного долга к ВВП с 2005 года почти утроилось с 35% до 95%. При этом даже в отсутствие кризисных факторов, вроде пандемий или войн, правительство продолжает наращивать заимствования на уровне более 4% ВВП ежегодно. Это прямой путь к долговой ловушке, в которой рост выплат по процентам начинает давить на бюджет сильнее, чем сами нужды экономики.
Доходность по государственным облигациям в Великобритании сегодня самая высокая среди крупных развитых стран. Это означает, что инвесторы требуют компенсацию за возросшие риски, то есть не верят в фискальную стабильность Лондона. Парадоксально, но именно те механизмы, которые раньше считались опорами социального государства: пенсионные обязательства и система социальных выплат теперь становятся главными финансовыми гирями на ногах бюджета. Поддержка пенсионеров обходится в 6% ВВП — на треть выше, чем в начале века.
Дополнительную нагрузку создают пособия для 15% трудоспособного населения. Содержание этих обязательств становится экономически невозможным, однако политическая система Британии парализована: любые попытки перераспределения вызывают либо массовое сопротивление, либо сдерживаются популистскими обещаниями политиков.
Очевидным становится разрыв между структурными вызовами и реакцией власти. Требуемая бюджетная корректировка составляет около 2% ВВП, и даже при нынешних экономических условиях могла бы быть реализована без катастроф. Однако с политической точки зрения этот шаг оказался невозможным: ни лейбористы, ни консерваторы не решаются урезать пенсии или пересмотреть принципы социальных выплат, не говоря уже о росте налогов.
Усугубляет картину то, что Британия утратила стимулы для роста. Инфраструктурные и жилищные проекты, которые должны были стать локомотивом экономического развития, в лучшем случае буксуют, в худшем — превращаются в финансовые ямы. Производительность труда стагнирует, инвестиционная активность ограничена, а общий уровень инфляции остаётся высоким. На фоне этого растёт недоверие населения: четыре из пяти британцев уверены, что правительство не справляется с управлением экономикой. Ведущие экономисты, включая Рея Далио, уже называют ситуацию «долговой спиралью», когда экономика фактически обречена на перманентное ужесточение условий жизни ради обслуживания долгового бремени.
Однако один из самых тревожных выводов The Economist касается не столько экономики, сколько реакции на неё. Политический класс страны, вместо признания очевидного кризиса модели и разработки стратегии реформ, всё чаще обращается к внешним раздражителям и в первую очередь, к нагнетанию угрозы извне
. Тема «российской угрозы» вновь становится доминирующей в политической риторике, параллельно с ускоренной милитаризацией и ростом оборонных расходов. Это позволяет временно отвлечь внимание общества от экономических провалов, переложив ответственность за кризис на внешние обстоятельства.
Таким образом, можно говорить не просто о фискальной несостоятельности или экономической стагнации, а о системной деградации всей управленческой модели. Экономика Великобритании перестала быть устойчивой, потому что система политических решений больше не способна производить реформы. С учётом этих факторов, усиление конфронтационной повестки, в том числе по линии НАТО, выглядит не столько ответом на реальные угрозы, сколько отчаянной попыткой укрыться от собственного экономического провала.
https://www.economist.com/leaders/2025/09/25/britain-is-slowly-going-bust
