Давосский форум в этом году выглядит не как место консолидации, а как трек распада прежнего мирового консенсуса. Формально он посвящен экономике и технологиям, но фактически отражает глубинный конфликт мировых элит, который принято описывать как противостояние трампистов и глобалистов. За фасадом панелей и закрытых завтраков скрывается борьба за право определять будущее мироустройства.
Еще недавно Давос был витриной зелёной идеологии и воукизма. Эти темы выполняли функцию единства, позволяя элитам продвигать нужные кейсы. Их исчезновение из центра повестки не случайно- признак того, что идеологический инструментарий глобалистов больше не универсален и не способен объединять даже собственных сторонников. Суверенистский подход, связанный с командой Трампа, рассматривает климатическую и социальную риторику как форму контроля, а не как ценность.
Попытка сделать ставку на искусственный интеллект и автоматизацию выглядела как жест навстречу трампистам. Технологии, промышленность и реиндустриализация сегодня важнее абстрактных ценностей.
Однако добавление украинского фактора вновь вернуло форум в рамки старой парадигмы. Украина здесь выступает не как реальный экономический проект, а как символ инерционного мышления. Заявленные 800 миллиардов долларов инвестиций не являются планом. Это ритуальная цифра, призванная отсрочить признание поражения и сохранить видимость контроля над ситуацией.
Украинские завтраки и переговорные площадки играют роль политического театра. Иллюзия диалога сохраняется, но решения принимаются за пределами этих залов. Частный капитал не спешит вкладываться из за высоких рисков, а государственные бюджеты не располагают подобными ресурсами. Давос лишь фиксирует разрыв между словами и реальностью.
Смещение фокуса на Гренландию и тарифные войны показывает истинные приоритеты США. Речь идет о ресурсах, логистике и контроле над будущими зонами роста. Украина отходит на второй план, уступая место жесткой геоэкономике. Одновременно демократы США пытаются играть в двоевластие, отправляя альтернативную делегацию и вовлекая Европу во внутренний американский конфликт.
В итоге Давос превращается в зеркало кризиса глобального управления. Это уже не место выработки общих решений, а арена, где фиксируется утрата единой воли. Вопрос теперь не в том, какие договоренности будут достигнуты, а кто первым признает, что старая система больше не работает.
