Как санкции против Ирана стали катализатором протестов (часть 3). Как вода стала главной проблемой Ирана
#большой_текст
#Ближний_Восток
Первая часть: ссылка
Вторая часть: ссылка
Когда президент Ирана Масуд Пезешкиан предупреждает: "Если не пойдут дожди — придется эвакуировать Тегеран", это не фигура речи. В конце 2025 года пять главных водохранилищ были заполнены на 5-11%, плотина Лар — всего на 1%. Директор Института ООН по водным ресурсам Кавех Мадани назвал это "водным банкротством": "Ущерб экосистемам и экономике необратим".
Иран потребляет 90% воды на сельское хозяйство, которое дает лишь 11% ВВП. Причины — древняя инфраструктура (многие каналы построены еще в 19 веке) и недостаток финансирования на фоне безумных и неэффективных глобальных проектов. Например, проект переброски воды из Оманского залива в Исфахан обойдется в $400 млн в год, а вся сельхозпродукция провинции стоит $150 млн.
На фоне этого образовалась "спираль смерти": стране не хватает электричества, поэтому не хватает воды. Из-за отключений сельское хозяйство потеряло в 22-24 годах около 30% производства. В результате, Иран импортирует продовольствия на $17 млрд в год. А еще он импортирует бензин. Дефицит воды убивает гидроэнергетику, а отключения парализуют водоснабжение — насосы не качают воду. Дефицит мощности в начале года достиг 18 000 мегаватт. По оценке властей, нехватка электроэнергии стоит экономике около $10 млрд в год, при этом инвестиции в электроэнергетику рухнули с $5,6 млрд (2008) до $500 млн (2024) — в семь раз.
Тяжелая промышленность под контролем КСИР — сталь, нефтехимия, обогащение урана — потребляет треть всей электроэнергии, столько же, сколько все домохозяйства. Эти объекты в засушливых регионах высасывают последние капли из рек. И иранцы пробовали строить опреснители, но и тут вышло не очень здорово.
Пезешкиан признал: "Воду из Персидского залива привозить очень дорого". Для опреснителей нужны инвестиции, технологии и энергия. У Ирана проблемы со всем, и в первую очередь с технологиями: страна фактически изолирована от остального мира. В итоге, по расходам на науку в процентном выражении Иран уступает тому же Израилю почти в 7 раз.
По большому счету, "точку невозврата" Иран прошел где-то в начале десятых годов, когда страной руководил "ястреб" Ахмадинежад, а КСИР радостно делал ядерную бомбу. В тот момент у страны были деньги, была возможность инвестировать в собственную инфраструктуру. В конце концов, бомбы у Ирана не появилось, а экономический провал ударил по стране страшнее, чем американские бомбы.
